>Ссылки > Война в Средние Века
Статья Хуго Шнайдера, написаная в 1967 году, интересна не только достаточно аргументированной датировкой полусферического шлема-черепника, аналогичного шлему из Шамосона. В ней приводится очень подробное описание процесса исследования, и консервации шлема на основании которого удалось не только воссоздать форму купола, но сделать достаточно обоснованные выводы о креплении и составе подкладки из органических материалов.
Отдельный интерес представляет взгляд автора на раний этап развития «больших шлемов».

Термин Kalottenhelme (букв. шлем-ермолка) которым автор статьи обозначает полусферические шлемы, заменен на более привычный – черепник или шлем-черепник.


© Перевод Б. Лемешко


Хуго Шнайдер



Шлем из Нидерреальты:
Новая находка средневекового шлема в Швейцарии


Hugo. Schneider, "Des Helm von Niederrealta: Ein neuer mittelalterlicher Helmfund in der Schweiz," Waffen- and Kostumkunde (1967) 77 90.)





Обстоятельства находки


В 1961 году на замковом холме в Нидерреальте [Niederrealta] (кантон Граубюнден, Швейцария) была начата добыча щебня, в связи с чем возникла необходимость в срочном археологическом обследовании до тех пор нетронутого места расположения бывшего замка. Обследование позволило не только установить очертания бывшего замка, но и дало ряд мелких находок. Из них наиболее значительным для истории оружия несомненно явилась находка описываемого в предлагаемой статье шлема. Шлем был найден у подножья одной из башен в груде накопившегося в течение нескольких веков мусора под нагромаждением тяжёлых камней. Рабочие приняли деформированный кусок железа за горшок и, не придав ему особого значения, всё же отложили в ящик для находок, согласно полученному ими указанию: сохранять всё найденное, не делая самостоятельных заключений о его ценности.

Директор Ретского музея [Retisches Museum] в Хуре – он же руководитель этого археологического обследования – немедленно определил ценность находки и передал её на очистку, консервацию и научную обработку швейцарскому Ландесмузеуму [Schweizerische Landemuseum] в Цюрихе
Рис. 1 - Шлем после очистки и приведения в первоначальную форму
Рис. 1 - Шлем после очистки и приведения в первоначальную форму


Рис. 2  - Шлем после находки
Рис. 2 - Шлем после находки


За успешное завершение всех этих работ мы благодарны всем тем, кто вложил в реставрационную и исследовательскую работу всё своё знание и умение1.


Реставрация


Прежде всего, были собраны и переданы для анализов в химико-физическую лабораторию нашего института все частицы, приросшие к внутренней поверхности шлема – вплоть до мельчайших частиц ржавчины. В основном это были небольшие спёкшиеся комочки земли. Затем была определена степень корродированности шлема. После того как выяснилось, что железо шлема в значительной степени сохранилось, было решено перейти к его электролитической очистке. Несколько дней шлем в щёлочном растворе подвергался тщательно дозированному воздействию электрического тока. Затем со шлема в горячей воде щёткой был удалён отставший слой ржавчины, а сам шлем высушен в термическом шкафу, чтобы не допустить повторного появления коррозии на полностью обезжиренном экспонате.
Труднее всего было придать шлему его первоначальную форму. Использовать для этого деревянный молоток было слишком рискованно: коррозия разъела в шлеме дыры, и купол мог попросту развалиться. Поэтому, а также потому, что железо шлема в значительной мере утратило свою первоначальную эластичность, шлему пришлось медленно возвращать его первоначальную форму методом выдавливания с помощью деревянных внутренних и наружных шаблонов, которые постоянно менялись. Чтобы завершить эту работу, потребовалось несколько дней (Рис. 2).

По завершении очистки встал вопрос замещения разъеденных коррозией участков. Нужно было закрыть дыры в куполе шлема, восполнить зубчатую нижнюю кромку и недостающие кеглеобразные заклёпки. Мы приняли решение закрыть пустоты ардалитом. Цвет заполнителя был приведён в соответствие со шлемом, но лишь настолько, чтобы специалист мог легко различить заполненные участки. Толщина стенок соответствовала оригиналу. Отсутствующие кеглеобразные заклёпки выполнялись из ардалита2. При ближайшем рассмотрении их также можно легко отличить от оригиналов. В заключении шлем ещё раз полностью обезжирили и снаружи и изнутри и покрыли смолой марки «паралоид» для защиты от коррозии (Рис. 3).

Рис 3. Шлем после выправления купола
Рис 3. Шлем после выправления купола


Рис. 4-5: Внутренность шлема. Реконструкция усреднённого соотношения чеканного декора крепёжных и декоративных заклёпок и отверстий для прошивки подкладки на кромке шлема.
Рис. 4-5: Внутренность шлема. Реконструкция усреднённого соотношения чеканного декора крепёжных и декоративных заклёпок и отверстий для прошивки подкладки на кромке шлема.


Описание


Полукруглый купол шлема цельнокованный из одной железной пластины. Несколько уплощённый перед приподнят кверху. Явные следы ковки чётко видны на внутренней поверхности шлема (Рис. 4). Наружная поверхность шлема гладко заполирована. Нижняя кромка обрамлена железной полосой шириной около 2,5 см с расположенными в ряд 63 заклёпками в верхней части полосы. Ниже в обрамляющей полосе расположен второй ряд из 66 заклёпок, не соединённых с куполом, поскольку низ полосы спускается ниже кромки шлема. Если верхние заклёпки несут определённую функциональную нагрузку, нижние чисто декоративны. В самом низу, почти по краю обрамляющей полосы, находится круговой ряд тесно расположенных небольших просверленных отверстий для крепления подкладки шлема, которая должна была смягчать давление на голову воина 3. В этих отверстиях были обнаружены следы кожи и ткани, о чём подробнее будет сказано ниже.

На макушке шлема расположено просверленное отверстие несколько большего диаметра. Сначала мы считали, что оно использовалось для крепления подкладки или навершья. Теперь мы предполагаем, что это отверстие под несколько большую заклёпку стандартной формы, служившей завершеньем и украшением шлема.

Нас ждала ещё одна неожиданность: выяснилось, что приклёпанная позже к нижнему краю обрамляющая железная полоса с нахлёстом в затылочной части шлема вместе с заклёпками была полностью облужена. Кроме того, расположенная между рядами заклёпок полоса была раньше декорирована узором, нанесённым очень тонким пуансоном. Между двумя горизонтальными окраинными линиями находилась двойная волнообразная линия декора (Рис. 5). Декор представлял собой последовательность мелких прилегающих друг к другу выбитых пуансоном кружков, выявить и сохранить следы которых удалось только благодаря электролитической очистке. Новый шлем должен был выглядеть весьма впечатляюще (Рис. 6).
Рис. 6: Реконструкция шлема.
Рис. 6: Реконструкция шлема.


Размеры:

Длина:
• Без декоративных заклёпок: 21 см;
• С декоративными заклёпками: 23 см;
Ширина:
• Без декоративных заклёпок: 18,4 см;
• С декоративными заклёпками: 20,4 см;
Толщина стенок: около 0,1 см;
Ширина нижней полосы: 2,5 см;
Вес после очистки и со всеми дополнениями: 0,938 кг.


Естественнонаучное обследование


Внутри шлема сохранилось несколько фрагментов подкладки в оболочке из спекшейся ржавчины и извести. В химико-физической лаборатории было произведено макро- и микрофотографирование, а также препарирование этих фрагментов. Для их очистки использовался 10% раствор соляной кислоты, а для полного обезвоживания - спирт и ксилол. Для создания оптимальных условий оптического обследования, было произведено частичное обесцвечивание с помощью неокармина В [Neokarmin W] (Рис. 7).
Рис. 7 - 8: Фрагменты подкладки шлема и фрагменты подкладки в поперечном разрезе.
Рис. 7 - 8: Фрагменты подкладки шлема и фрагменты подкладки в поперечном разрезе.



Самые большие и лучше всего сохранившиеся фрагменты подкладки были законсервированы в искусственной смоле Техновит [Technovit] 4. Затем через каждый фрагмент производилось восемь поперечных разрезов (Рис. 8), а каждая поверхность разреза полировалась и фотографировалась с пятидесятикратным увеличением (Рис. 9). Цветная фотография давала возможность точно идентифицировать исследуемую ткань. Её уток и основу составлял закрученный вправо лён разной толщины. Наложение восьми поперечных разрезов позволяло точно реконструировать строение ткани (Рис. 10). Подкладка состояла из двух наложенных друг на друга тканей разной толщины. Пространство между ними несомненно заполнялось травой, шерстью или коноплёй. На нижнем сшиве обеих льняных тканей, там, где они крепились к отверстиям шлема, по окружности шлема крепилась кожаная вырезанная ножом полоса. Задачей этой кожаной полосы было не допустить разрыва подкладки. Вид кожи определить не удалось, так как выскабливание поверхности сделало поры кожи неразличимыми. Подобные подкладки шлемов сохранились в Швейцарии только у «штурмхаубе» [Sturmhaube] 16-го века.


Культурно-историческое значение находки


Сохранилось лишь немного шлемов эпохи высокого средневековья и потому история их развития – прежде всего эпох раннего и высокого средневековья – до сих пор не написана, хотя место, которое шлем занимал среди защитных доспехов, приблизительно соответствует месту меча среди наступательного вооружения.
Рис. 9: Реконструкция разреза шлема (Надписи на рисунке:
<br>Стенка шлема
<br>Льняная ткань: плотность около 20 нитей/см
<br>Льняная ткань: плотность около 30 нитей/см
<br>Набивка подкладки
<br>Промежуточный слой кожи
<br>Крепление подкладки двойной нитью)
Рис. 9: Реконструкция разреза шлема (Надписи на рисунке:
Стенка шлема
Льняная ткань: плотность около 20 нитей/см
Льняная ткань: плотность около 30 нитей/см
Набивка подкладки
Промежуточный слой кожи
Крепление подкладки двойной нитью)


Рис. 10: Поперечный разрез подкладки шлема
Рис. 10: Поперечный разрез подкладки шлема


Шлемов, сходных со шлемом из Нидерреальты, немного. Ближайшую аналогию ему представляет, пожалуй, найденный в 1928 году в земле тоже в Швейцарии шлем из Шамосона [Chamoson] (Рис. №)5. Его купол также цельнокованный из одной пластины железа. К сожалению, когда этот шлем был найден, техника консервирования была развита недостаточно, и проработать детали конструкции, структуры, подкладки и декора так детально, как это позволяет электролитическая очистка, было тогда невозможно. Во всяком случае, удалось установить следующее: край этого шлема также был обрамлён полосой, но не железной, а из цветного металла, в которой – аналогично шлему из Нидерреальты – были расположены два ряда заклёпок: верхний, крепивший полосу к куполу шлема и нижний – чисто декоративный. Между рядами заклёпок по всей длине полосы пуансоном был нанесён волнообразный декор из мелких кружков. В отличие от шлема из Нидерреальта, заклёпки были выполнены в форме цапф, а не кеглей и расположены не так густо. Были ли обрамляющая полоса и заклёпки на ней позолочены, к сожалению, установить не удалось. Если на гладком полированном куполе шлема из Нидерреальты не было никаких накладок, купол шлема из Шамосона был украшен четырьмя полосами из цветного металла, несколько меньшей ширины, чем обрамляющая полоса. Соединённые на макушке шлема полосы располагались под углом 90 градусов друг к другу. Ориентировка полос от макушки следующая: к носу, затылку, одному и другому уху.
Эти полосы не соединялись с обрамляющей полосой, а опирались на неё и крепились непосредственно к куполу заклёпками. Декор обрамляющей край шлема полосы и накладных полос купола очень схож: это мелкие нанесённые пуансоном кружки. У обоих шлемов в нижней части обрамляющей полосы по всей окружности расположен ряд просверленных отверстий для крепления подкладки.
Абсолютное родство обоих шлемов очевидно. Показательно и то, что оба были найдены в альпийском регионе Средней Европы. Необходимо отметить, что, насколько нам позволяет судить та информация о фондах общественных и частных арсеналов и коллекций оружия, которой мы на настоящий момент располагаем, оба шлема стоят особняком. Когда в 1928 году в Шамосоне был найден шлем, его отнесли к отдалённым потомкам «шпангенхельмов» [Spangenhelm] эпохи переселения народов. Дальнейшие исследования и сопоставления с соответствующими экземплярами показали, однако, что прямая связь с ними исключается и привязка к шпангенхельмам основана на чисто внешнем сходстве. Конструктивно шпангенхельм представляет собой каркас из полос [Spangen], смонтированный на оголовье-ободе, к которому приклёпаны пластины - обычно из другого металла. Происхождение и развитие шпангенхельмов достаточно ясно представил в своём подробном исследовании П. Пошт7. Я считаю, что происхождение описываемых в этой статье шлемов следует рассматривать совершенно иначе, уже хотя бы потому, что временной промежуток между появлением шпангенхельмов эпохи переселения народов и шлемами из Нидерреальты и Шамосона составляет, по меньшей мере, пятьсот – шестьсот лет.

Эпоха высокого средневековья представлена шлемами трёх разных типов: норманнскими (или шлемами с наносниками), шлемами-горшками (кюбель- или топфхельмами [Kubel- oder Topfhelm]) и описанными в двух экземплярах купольными шлемами – ЧЕРЕПНИКАМ.

Оригинальных норманнских шлемов до нас дошло немного. Однако они довольно широко представлены в изображениях и пластике, например, на таком первоклассном изобразительном источнике, как ковёр из Байё8 много шлемов с наносниками. Бросается в глаза, что обрамляющая полоса таких шлемов обычно их другого металла. Характерной особенностью большинства поздних норманнских шлемов была технология их изготовления: кузнец выковывал купол шлема из цельной пластины железа. В этом их отличие от ранних норманнских шлемов, которые изготовлялись из отдельных пластин, склёпанных друг с другом по вертикали, без какого бы то ни было несущего каркаса. Вероятно, что такая конструкция сложилась под определённым восточным влиянием. Родиной цельнокованых норманнских шлемов, скорее всего, был североморско-балтийский регион, откуда они распространились вплоть до северного подножья Альп – нынешней Швейцарии. Это подтверждают фигуры воинов в норманнских шлемах на капители главного собора в Цюрихе9.

Наряду с этим типом шлемов, с конца 11-го века получает развитие «шлем-горшок» - кюбель- или топфхельм10, названный так из-за своей массивной подчёркнуто простой формы. Шлем-горшок никогда не изготовлялся из цельной пластины железа, а собирался из нескольких – нередко весьма грубо выкроенных – пластин, склёпанных друг с другом с минимальной отделкой. Технология его изготовления была проще и примитивнее, чем у более ранних шлемов. К сожалению, до нас дошло только четырнадцать оригиналов и один фрагмент топфхельма, хотя в своё время такие шлемы должны были насчитываться тысячами11.

Можно предположить, что возникновению и развитию этого типа шлемов способствовали Крестовые походы, в которых рыцарям из разных европейских стран приходилось вырабатывать единую тактику борьбы против общего врага. Впоследствии этот тип шлема распространился по всей Западной Европе. Топфхельмы стали непременной принадлежностью рыцарского доспеха от Швеции до южного подножья Альп.

Рис. 11: Шлем из Шамосона.
Рис. 11: Шлем из Шамосона.


В развитии геральдики топфхельму с его характерной формой принадлежит определяющая, хотя и не исключительная роль. Однако уже на норманнских шлемах появляются зачатки насадок и накидок, впоследствии ставших отличительной особенностью топфхельмов. Шлемы-горшки не привязаны к определённому региону, скорее всего, они изготовлялись по месту: деревенский или замковый кузнец по приказу своего господина склёпывал такой шлем-горшок12. Поэтому особого центра изготовления таких шлемов не было, и они изготовлялись индивидуально, поскольку технически это было несложно и особых ремесленных знаний не требовало.

Рядом с описанными выше типами шлемов, шлемы-черепники из Шамосона и Нидереальты стоят особняком. Хотя до нас дошло только два оригинала, на них часто ссылаются и их изображения широко представлены в специализированных публикациях. В связи с этим возникает вопрос о родине таких шлемов. Когда в 1928 году в Шамосоне был найден шлем, из-за изолированного характера находки ему приписывали восточное происхождение (Рис. 11). Ещё недавно шлем считали сарацинским - прежде всего из-за датировки – 9-ый или 10-ый век - которая в настоящее время пересматривается. Прежнюю датировку основывали в значительной степени на декоре, выбитом пуансоном на обрамляющей и накладных пластинах шлема. Однако такой декор практически не привязан к определённому времени и характерен для всего высокого средневековья. Он – чисто европейский, без каких либо следов восточного происхождения 12.

Шире всего шлемы-черепники представлены в изображениях и пластике Верхней Италии. Пожалуй, лучший образец такой пластики украшает главный портал собора в Ферраре.

Эту работу относят ко второй половине 12-го века. Можно привести и другие примеры. Так на воине фиванского легиона на серебряном реликварии из сокровищницы аббатства святого Маврикия (кантон Валлис, Швейцария) шлем-черепник с оголовьем13. В настоящее время эту работу относят ко второй половине 12-го века. Наряду с полукруглыми, встречаются и шлемы конической формы. Они, скорее всего, относятся к тому же типу, снабжены оголовьем и были распространены в 12-ом веке.

В пользу Верхней Италии говорят и другие аргументы, среди которых место находки обоих шлемов. Валлис ориентирован не исключительно на запад – на Женевское озеро. Не меньше культурных импульсов поступало туда через перевалы из Верхней Италии – региона, с которым Валлис веками поддерживал хозяйственный обмен. Поэтому шлем из Шамосона оказался в долине Роны вовсе не случайно.

Шлем из Нидерреальты также был найден в местности, лежащей на большом торговом пути «Север – Юг». Через Виамалу [Viamala] проходила дорога на юг к перевалам Шплюген [Splugen] и Бернардино [Bernardino] – переходам через Альпы, интенсивно используемым в средние века. Домлешг [Domleschg], где находится Нидерреальта, отличается обилием замков. Их концентрация была обусловлена не плодородием почвы, а интенсивной транзитной торговлей.

Необходимо учитывать также, что уже тогда в Верхней Италии, богатой месторождениями железа, на южном склоне Альп было сосредоточено много оружейников. В течение своей многовековой непрерывной деятельности оружейники этого региона достигли профессионального уровня, принёсшего им мировую славу. Вспомним, хотя бы, феррарское клинковое оружие и позднейшее верхнеитальянское стрелковое оружие и доспехи, чьими отличительными особенностями были богатая традиция и высокое мастерство.

Шлемами-черепниками пользовались довольно долго. За это время они проделали определённую эволюцию. Их использование документировано и веком спустя: такие шлемы многократно изображены на цветных таблицах маннесийского рукописного песенника, созданного в округе Цюриха между 1290 и 1330 годом (Рис. 12). На них изображены закрытые цельнокованые шлемы-черепники, на которых чётко выделены цветом оголовья из другого металла. Однако декоративные заклёпки уже отсутствуют. Эволюцию этого типа шлемов можно представить следующим образом: вначале шлемы декорировались наложенными на купол полосами и приклёпанной обрамляющей полосой-оголовьем. Компоненты шлема украшались декоративными заклёпками. Затем на смену пришёл шлем с гладким куполом и украшенным декоративными заклёпками оголовьем. И, наконец, отказ от декоративных заклёпок, и переход к кованому гладкому шлему без декора.

Чем был обусловлен отказ от декора? Постепенно шлем-горшок – «топфхельм» - вытеснял норманнские шлемы с наносником и шлемы-черепники. Это вовсе не значило, что шлемы-черепники исчезли. Рыцари носили черепник и шлем-горшок поочерёдно или одновременно. Чтобы усилить сопротивляемость топфхельма удару меча или алебарды, со второй половины 13-го века шлем-черепник с кольчужным капюшоном стали носить под шлемом-горшком, и декор стал совершенно излишним, поскольку, в противоположность ермолке, опиравшейся на череп и едва покрывавшей уши по бокам, усовершенствованный горшок опирался на плечи и полностью закрывал черепник.

Сохранилось много изображений шлемов-ермолок без приклёпанного оголовья. Хороший пример – настенная роспись дома «У длинного подвала» в Цюрихе, которую можно отнести к началу 14-го века.

В последующие десятилетия купола таких шлемов стали всё чаще снабжать гребнем, что позволяет считать их предшественниками шлемов-мисок [Beckenhauben] 14-го века и ещё более поздних итальянских барбютов [Barbuten] 14.

Рядом со шлемом, но в другом раскопе, были найдены различные монеты. Самые старые из них относятся ко времени правления императоров из династии Гогенштауфенов [Hohenstaufen]: Конрада III (1138 – 1152) и Фридриха I Барбароссы (1152 – 1190). Точной датировки шлема эти находки не дают, однако поразительно, что монеты относятся к той же эпохе, что и шлем.

К сожалению, обстоятельства находки шлема не способствуют его точной датировке. При обычных археологических раскопках расположение культурных слоёв и заключённые в них мелкие находки позволяют фиксировать во времени отдельные предметы. Со шлемом из Нидерреальты дело обстояло не совсем так. Он лежал в строительном мусоре непосредственно у подножья большой идущей с севера на юг стены восточного предмостного укрепления, то есть не в подлинном культурном слое, а над древним жилым горизонтом. Поэтому вероятно, что шлем уже тогда, когда замок был обитаем, хранили как редкость или реликвию, а при разрушении укрепления он попал в возникшую при этом зону строительного мусора.

Шлем мог принадлежать только представителю знати: для обычного ополченца, пешего воина он был недоступен.
Рис. 12: Рукописный манесский песенник. Университетская библиотека (Хайдельберг).
Рис. 12: Рукописный манесский песенник. Университетская библиотека (Хайдельберг).


Попытка реконструкции


Поскольку этот редкий шлем должен был быть передан на постоянное хранение Ретскому музею в Хуре, Швейцарский Ландесмузеум попытался выполнить его реконструкцию, чтобы дать возможность посетителям представить себе, как выглядел этот свежеизготовленный шлем. Для этого пришлось изготовить его копию.

С покрытого защитной плёнкой шлема снаружи и изнутри была снята гипсовая форма. В полученный таким образом «негатив» впрыснули тонкое цинковое покрытие. На основу из этого металла по технологии Шупа [Schoop] напылили довольно толстый слой железа. Цинковое покрытие было необходимым, поскольку железо на гипсе не держится и отстаёт. После этого гипсовую форму удалили, а цинковое покрытие счистили. Защитная плёнка на шлеме увеличила размеры гипсовой формы, но эта погрешность была практически устранена напылением и последующей счисткой цинкового покрытия. Внешняя форма купола была восстановлена, и её оставалось только заполировать. Чрезмерную толщину стенок откорректировали шлифовкой внутренней поверхности.
Рис. 13: Шлем из Нидерреальты ( оригинал и реконструкция).
Рис. 13: Шлем из Нидерреальты ( оригинал и реконструкция).


Из силикона была выполнена отливка оголовья с декоративными заклёпками. Затем по отливке была вырезана соответствующая полоса железа. Кеглеобразные заклёпки были выточены на токарном станке. Декор на оголовье наносился специально изготовленным для этого пуансоном. Декорированное оголовье было облужено.

Результаты анализов, полученные в химико-физической лаборатории музея, позволили произвести реконструкцию подкладки шлема. В ней использовались льняные ткани с разной плотностью нитей. На уровне нижнего ряда отверстий была закреплена полоса бычьей кожи (Рис. 14).

Рис. 14: Реконструкция. Вид внутренности шлема.
Рис. 14: Реконструкция. Вид внутренности шлема.


Выводы


Шлем из Нидерреальты с несколько более древним шлемом из Шамосона является представителем типа шлемов, сложившегося в начале 12-го века в Средней Европе. В своё время такие шлемы были широко распространены, но до нас дошли только эти два оригинала. Как показал в своих последних работах О. Гамбер [O. Gamber] 15, в эпоху переселения народов на европейское вооружение огромное влияние оказала восточная культура и обычаи. Падение господства кочевников и возвышение каролингской династии привели к оживлению римской – прежде всего восточно-римской – традиции. Особенно интенсивные контакты с Византией установились с начала крестовых походов. Кегле- и цапфообразные заклёпки, а также полосы и оголовья шлемов указывают, с одной стороны, на эти контакты, а с другой – длительное влияние каролингского возрождения.

Судя по всему, эти шлемы были изготовлены не в восточном Средиземноморье, а по римско-византийским образцам в Верхней Италии, где были сосредоточены лучшие оружейники тогдашней Западной Европы.

Свою первоначальную форму шлем-черепник сохранял приблизительно двести лет. Такие шлемы изысканного или простого исполнения носили и сеньоры и простые воины. Качество шлемов из Шамосона и Нидерреальты несомренно указывает на то, что их владельцами были сеньоры. Специальной защиты щёк у этих глубоко сидящих шлемов не было. Открытые участки шеи защищал кольчужный капюшон – «брюнне» [die Brunne].

Примечания



1 Свою особую благодарность я должен выразить моему долголетнему сотруднику г-ну Г. Эверсу, выполнившему кропотливую работу по очистке, консервации, восстановлению формы и дополнению утраченных участков шлема. Он же является изготовителем прекрасной реконструкции этого шлема. Анализ крошечных фрагментов подкладки шлема был проведён в физико-химической лаборатории швейцарского Ландесмузеума под руководством др. Б. Мюленталера. Отдельные анализы наилучшим образом выполнили г-жа З. Гигер и г-н Фёюте. Реконструкцию подкладки шлема выполнил наш шорник г-н Штайнманн.
2 В нижнем ряду пришлось дополнить 11, а в верхнем – 15 декоративных заклёпок.
3 Вопрос, не использовались ли эти отверстия для крепления кольчужной бармицы или пластинчатых нащёчников можно считать окончательно решённым. В них были обнаружены только следы нитей для крепления подкладки шлема. Поскольку следов контакта с кольчужным материалом обнаружено не было, для крепления бармицы эти отверстия не использовались. Точно также не использовались они и для крепления нащёчников: следы соответствующего контакта отсутствуют, а сам шлем сидел так низко, что полностью закрывал уши.
4 Данные из отчёта физико-химической лаборатории.
5 Все они состоят из двух наложенных друг на друга полос льняной ткани, с набивкой между ними.
6 См. E. A. Gessler, Der Helm von Chamoson (Kanton Wallis), 37. Jahresbericht des Schweizerischen Landesmuseums, Winterhur 1929, S. 48 ff; ders. Der Kalottenhelm von Chamoson, Zeitschrift fur historische Waffen- und Kostumkunde, N. F., Bd. 3, Heft 6, Berlin 1930, S. 121 ff.
7P. Post Der kupferne Spangenhelm. Ein Beitrag zur Stilgeschichte der Volkerwanderungzeit auf waffentechnischer Grundlage. 34.Bericht der Romisch-Germanischen Kommission 1953; St. V. Granesay, The new galleries of European arms and armour. The Metropolitan Museum of Art Bulletin, New York, p. 205;. Sculpture in steel, a Milanese Renaissance barbute, The Metropolitan Museum of Art Bulletin, January 1963, p.282; ders.; A Sassanidian chieftains helmet. The Metropolitan Museum of Art Bulletin, June 1949, New York, p. 272.
8 F. Stenton, S. Bertrand, G. W. Digby, Ch. H. Gibbs-Smith, J. Mann, J. L. Nevinson, F. Wormald, The Bayex tapestry, London 1957.
9P. Ganz, Geschichte der heraldischen Kunst in der Schweiz im 12. und 13. Jahrhundert. Frauenfeld 1899, S. 21.
10 H. Schneider, Die beiden Topfhelme von Madeln, die Entwicklungsgeschichte des Topfhelms. Zeitschrift fur schweizerische Archeologie und Kunstgeschichte. XVI, Heft 1, Basel 1953, 1953
11. Три из них найдены в Швейцарии. Два нашли пограничники во время Второй мировой войны в развалинах замка Медельн вблизи Базеля, а третий происходит из Геслербурга у Кюснахта на Риги (кантон Швиц). Он был найден с двумя пластинчатыми панцирями и относится к середине 14-го столетия.

12 Хорошее изображение находится в манесском рукописном песеннике, созданном около 1300 года.
13Очень ценную информацию дают скульптуры конца 12-го века на воротах Порта Романа в Милане. Подобные шлемы представлены в иллюстрациях винчестерской библии 1160 – 1170 г, но на них нет характерных кегле- и цапфообразных заклёпок.
14 Возникает вопрос: почему для этих шлемов характерно сочетание различным образом обработанного железа – гладкий купол и луженое оголовье? То, что купол не был луженым, установлено точно – никаких следов олова на нём не обнаружено, хотя под оголовьем они должны были сохраниться. Окрашивались ли шлемы, воронились или затемнялись нам неизвестно. Внешне луженое оголовье и отполированная стальная поверхность отличаются столь незначительно, что определяющими вряд ли были эстетические соображения. Не влияли ли на это чисто практические соображения? Участки между декоративными заклёпками трудно доступны для руки или инструмента, и потому особенно подвержены коррозии. А, как в последние годы показал метод электролитической очистки, подверженные коррозии железные детали в средние века почти всегда лудились.
15 O. Gambler, Grundriss einer Geschichte der Schutzwaffen des Altertums. Jahrbuch der Kunsthistorischen Sammlungen in Wien, Bd. 61, N. F. Bd. XXVI, Wien 1966, S. 7 ff; ders. Dakische und sarmatische Waffen auf Reliefs der Traianss&#228;ule, Jahrbucher der Kunsthistorischen Sammlungen in Wien, Bd. 60, N. F. Bd. XXIV, Wien 1964, S. 7 ff.




Отправлено: 21.05.2003

footertgorod@mail.ru
Powered by ezContents
© 1998 - , Тоже Город
По вопросам использования материалов сайта обращайтесь к авторам, держателям авторских прав или в Магистрат Тоже Города.